Интермедия третья. Анна. Сейлем, 1692

Анне пятьдесят шесть, у неё узловатые пальцы и коза по имени Пятнашка, и половина деревни должна ей за травяные отвары.

Именно поэтому, когда у дочки Патнэмов начинаются припадки, вспоминают про Анну.

Логика деревни проста и безупречна, как капкан. Урожай гниёт второй год. Дети болеют. Индейцы жгут фермы на севере. Столько беды не бывает просто так — у беды должен быть виновник. Найти его — значит вернуть миру управляемость: убери порченое звено, и цепь снова заработает. Община переносит свою тревогу на одного человека, как переносили грехи на козла в древней пустыне. Только козла отпускали в пустыню живым.

Сначала Анна смеётся. Потом спорит. Потом — и это самое страшное — начинает сомневаться.

Ночами она перебирает свою жизнь, как чётки. Она ведь и правда злилась на Патнэмов из-за межи. Она и правда подумала дурное, когда её не позвали на крестины. А если мысль — уже порча? Ей с детства говорили: дурная мысль — семя дьявола. Сорок судей у неё в голове заседают круглосуточно, и главный судья говорит её собственным голосом.

На допросе ей задают вопрос, на который нет верного ответа: «Если ты не ведьма — почему всё это началось после ссоры с тобой?»

Анна молчит. У неё нет слов «ошибка выжившего» и «ложная корреляция». У неё есть только гудящая усталость и мысль, которая старше Сейлема на тысячи лет: раз все говорят, что я виновата, — может, они видят то, чего не вижу я?

Через пять лет один из судей — Сэмюэл Сьюолл — публично покается в церкви, а двенадцать присяжных попросят прощения. В 1711 году колония оправдает большинство осуждённых, а последнюю — лишь спустя более трёх веков, в 2022 году. Историки напишут: механизм козла отпущения — древнейший способ общины избавиться от невыносимой тревоги, назначив ей носителя.

Но другая Анна — та, что живёт в наши дни и каждое утро просыпается с чувством «я всё испортила», — проделывает с собой ровно то же самое. Она сама себе Сейлем: и община, и судья, и обвиняемая. Суд идёт каждое утро, приговор всегда один.

Разница лишь в том, что из её процесса нельзя уехать в соседний штат.